Фридрих барбаросса и андрей боголюбский

Ответы на вопросы в статье по теме: "Фридрих барбаросса и андрей боголюбский" с выводами. Здесь собран и подготовлен тематический материал. При возникновении вопросов задавайте их юристу-консультанту.

Андрей Юрьевич Боголюбский (г/ж ок.1111- 29 июня 1174г.)

Несмотря на контроль над Новгородом и Киевом, Андрей не мог распространить свою власть на всю Русь. Черниговское княжество, так же как Волынь и Галич оставались независимыми.

Андрей Боголюбский был убит в 1174г. Согласно Ипатьевской летописи, обстоятельства убийства князя Андрея в княжеском дворце в Боголюбово было таково: заговорщики (бояре Кучковичи, которые были родственниками Боголюбского и некоторое время владели землями на месте будущего города Москвы), сначала спустились в винные погреба, там выпили вина, потом подошли к спальне князя. Один из них постучал. «Кто там?» — спросил Андрей. «Прокопий!» — отвечал стучавший (назвав имя одного из любимых князевых слуг). «Нет, это не Прокопий!» — сказал Андрей, хорошо знавший голос своего слуги. Дверь он не отпер и бросился к мечу, но меч святого Бориса, постоянно висевший над княжеской постелью, был предварительно похищен ключником Анбалом. Выломав дверь, заговорщики бросились на князя. Сильный Андрей Боголюбский долго сопротивлялся. Наконец, израненный и окровавленный, он упал под ударами убийц. Злодеи подумали, что он мёртв, и ушли. Князь очнулся, спустился из своей спальни по лестнице и попытался скрыться за лестничным столбом. Его отыскали по кровавому следу. Убийцы кинулись на него. Андрей в конце молитвы произнёс: «Господи, в руки Твои предаю дух мой!» и скончался.

Тело князя лежало на улице, пока люд грабил княжеские хоромы. Согласно Ипатьевской летописи, тело князя остался взять лишь его придворный, киевлянин Кузьмище Киянин, который отнёс его в церковь. Только на третий день после убийства игумен Арсений отпел великого князя. Игумену Феодулу (настоятель владимирского Успенского собора и предположительно наместник епископа Ростовского) с клириками Успенского собора было поручено перенести тело князя из Боголюбова во Владимир и похоронить в Успенском соборе. Другие представители высшего духовенства, видимо, не присутствовали на службе, по предположению Игоря Фроянова, из-за недовольства князем, сочувствуя заговору.

Наплечники Андрея Боголюбского — подарок Фридриха Барбароссы. Германский национальный музей, Нюрнберг

Тайны русских соборов (15 стр.)

Строительство «на голом месте» церкви Покрова на Нерли, игравшей роль торжественного оформления развилки важнейших водных путей по Клязьме и Нерли. Такая роль подтверждается и невозможностью нахождения на заливных лугах какого-либо посада или монастыря, и использованием для строительства церкви отборного белого камня, и заложением уникальных фундаментов, и устройством «парадных» открытых галерей. Я уж не хочу упоминать, что внешне он практически копировал Храм Артемиды в Эфесе.

Белокаменные дворец и укрепления в Боголюбове – единственные каменные светские постройки того времени.

Именно на основании всего этого известный русский историк В. Н. Татищева делает выводы: «по снисканию бо его (Андрея.) даде ему Бог мастеров для строения оного из умных земель»; «по оставшему во Владимире строению, а паче по вратам градским, видно, что Архитект достаточный был… Мастеры же присланы были от Императора Фридерика Перваго, с которым Андрей в дружбе был как ниже явится». Вот от него и идет так укоренившаяся версия о мастерах Фридриха Барбароссы.

Попробуем взглянуть на нее более критическим взглядом. Некие историки увязли в дискуссии, из какой области «Священной Римской империи» – Германии (по А. И. Комечу) или Северной Италии (по О. М. Иоаннисяну) – пришли мастера. Однако если приглядеться зорким взглядом, то различия между архитектурной пластикой и строительной техникой соборов Германии и Северной Италии гораздо менее существенны, чем различия между ними и храмами Суздальской земли. Следовательно, любой анализ западноевропейских истоков архитектуры Андрея Боголюбского даст слишком грубые результаты, применимые и к Германии, и к Северной Италии.

Предположим, Рыжебородый Фридрих прислал мастеров на Русь. Но из какой же области Империи пришли мастера «от Фридриха Барбароссы»? Из сообщения В. Н. Татищева следует, что они строили, как минимум, Успенский собор и Золотые ворота во Владимире. Строительство этих объектов началось в 1158 году (про Успенский собор мы можем сказать еще точнее – он был точно заложен 8 апреля).

Значит, зодчий от Барбароссы, чтобы успеть ознакомиться с местным опытом белокаменного строительства, а затем определить планы и размеры своих будущих построек, должен был придти во Владимир не позднее осени – зимы 1157 года.

Сообщение В. Н. Татищева стереотипно воспринимается следующим образом: «сначала дружба Андрея с Фридрихом, потом приход мастеров от Фридриха к Андрею». Но анализ ситуации, сложившейся на Руси в 1155–1158 годах, в изложении В. Н. Татищева, заставляет интерпретировать это сообщение иначе: «сначала направление мастеров Фридрихом к Юрию, потом приход мастеров к Андрею, потом дружба Андрея с Фридрихом».

Я хочу напомнить Вам, уважаемый брат Абир, что Юрий Долгорукий умер 15 мая 1157 года. Если даже предположить, что Андрей, став великим князем, немедленно послал посольство к Барбароссе за мастерами, все равно он не успел бы их получить осенью – зимой 1157 года.

Для примера, в конце XV века Аристотель Фиораванти ехал на Русь в течение трех месяцев – и это при том, что уже существовали прямые дороги, по которым посольские кареты могли передвигаться с большой скоростью. Мы же говорим о середине XII века, когда по узким и неспокойным лесным дорогам (фактически тропам) передвигались только войска, а основное транспортное сообщение осуществлялось по рекам (а если из Суздаля в Европу через Новгород, то и по морю).

Путь посольства в Империю мог занять несколько месяцев. Несколько недель (а то и месяцев) послы могли ожидать мастеров от Барбароссы (или с разрешения императора самостоятельно вести поиски свободных строительных кадров). Несколько месяцев занимала обратная дорога в Суздаль. Следовательно, за мастерами, строившими Успенский собор и Золотые ворота, посольство должно было быть отправлено еще при жизни Юрия Долгорукого.

Барбаросса стал германским императором в 1152 году, а Юрий великим князем Киевским – в 1155 году. Был ли Долгорукий «в дружбе» с Фридрихом, мы можем только гадать. Профессор С. В. Заграевский, на которого я уже ссылался в своем предыдущем письме, рассматривая данную версию, отбрасывает как маловероятные следующие варианты:

Читайте так же:  Кредитный донор в казани без предоплаты

«– любые взаимоотношения (а тем более дружеские) претендента на Киевский стол Юрия с кандидатом на императорский престол Фридрихом до 1152 года;

– любые взаимоотношения (а тем более дружеские) претендента на Киевский стол Юрия с императором Фридрихом в 1152–1155 годах;

– любые взаимоотношения (а тем более дружеские) Андрея, сына претендента на Киевский стол, с кандидатом на императорский престол, а затем императором Фридрихом в 1152–1155 годах;

– любые самостоятельные взаимоотношения (а тем более дружеские) Андрея, сына великого князя Юрия, с императором Фридрихом в 1155–1157 годах.

Последний вариант может показаться не столь маловероятным: Андрей был старшим сыном великого князя Киевского и, соответственно, теоретически он мог иметь прямые контакты с германским императором.

Но не будем забывать, что Боголюбский в 1155–1157 годах не находился в Киеве при отце, а против воли Долгорукого ушел в Суздаль, фактически захватив удел. Вряд ли Фридрих, в 1155 году короновавшийся в Риме и в 1156–1157 годах уже находившийся в зените своего могущества, пошел бы на контакт с узурпатором (и не великокняжеского стола, а далекого окраинного удела).

А что касается весьма популярных домыслов о том, что у Андрея могли быть какие-либо личные контакты с Фридрихом еще в 1140-х годах, то это не более чем домыслы. К тому же Боголюбский был старше Барбароссы не менее чем на 10 лет (Андрей родился около 1111 года, а Фридрих – в 1122 году), и это делает дружбу молодых княжичей еще менее вероятной даже при их гипотетической личной встрече в одной из гипотетических поездок Андрея в Западную Европу».

Позволю привести себе еще одну цитату.

«Но вдруг во Франции, Германии, Англии, Византии и на северо-востоке Руси почти одновременно появляются государи, которые начинают проводить принципиально одинаковую внутреннюю политику, основное направление которой – укрепление центральной власти. Кто эти государи? Франция – Людовик VII, Германия – Фридрих II Барбаросса, Англия – Генрих II Плантагенет (Генрих Анжуйский), Византия – Мануил I Комнин, в России… Андрей Георгиевич, еще при жизни прозванный Боголюбским, сын Ростовско-Суздальского Князя Юрия Владимировича Долгорукого, внук Владимира Мономаха, праправнук Ярослава Мудрого.

Ни о ком из государей, за исключением Андрея Георгиевича Боголюбского, ни тайн, ни загадок нет. Государи встречались в Константинополе во время Второго крестового похода 1147 – 1149 гг. И Фридрих, и Людовик, и Генрих Анжуйский по нескольку месяцев жили при дворе Мануила и общались с ним».

Это из исследований Сорбонны. Таким образом, мы видим, что князья встречались, дружили и даже имели общие дела.

Ах! Как хочется отделить Русь от Европы и загнать в медвежий угол. Ах! Как хочется. Да вот не выходит, как не крутись, не выходит.

Таким образом, мы можем утверждать, что могли посольство к Барбароссе за мастерами послать в 1155–1157 годах. Но при более близком рассмотрении данного вопроса выясняется, что это было совершенно не нужно. Мастера пришли в свите Великого Магистра тамплиеров Андрея Боголюбского из Святой Земли, вместе с дружиной и всей свитой. И год совершенно точно известен 1149 – год победы дружин князя Андрея под Луцком. Год основания и постройки там монастыря братьев доминиканцев.

Дорогой брат Абир! У меня к Вам появились два вопроса.

Первый – так называемом зооантропоморфном скульптурном декоре. Обо всех этих птичках и зверюшках на стенах соборов. И второй – о «птичьем языке» Фулканелли или арго «вольных каменщиков».

Но, извините, я и так Вас утомил и об этом в следующий раз.

Фридрих барбаросса и андрей боголюбский

История появления наплечников на Руси неизвестна. Традиция связывает их с князем Андреем Боголюбским, о дружбе которого с Фридрихом Барбароссой, предполагаемым заказчиком армилл, сообщает историк В. Н. Татищев. Когда наплечники были разделены, неизвестно (это произошло до конца XVII века), но история обоих из них связана с Владимиро-Суздальской Русью. По одной из легенд, не находящей подтверждения, наплечник с изображением Воскресения Христова находился при гробнице князя Андрея Боголюбского во владимирском Успенском соборе [2] .

В настоящее время наплечник с изображением Воскресения Христова находится в коллекции декоративно-прикладного искусства Лувра, а с изображением Распятия Христова в Германском национальном музее в Нюрнберге. При этом по мнению Жанник Дюран, луврского хранителя выставки «Святая Русь», прошедшей во Франции в 2010 году, несмотря на русское происхождение обоих, это — не парные наплечники [5] .

Наплечник «Распятие Христово»

Он был обнаружен в 1860-е годы «среди хлама» в подвале одного из монастырей Владимирской губернии археологом и историком искусства Г. Д. Филимоновым. [2] Название монастыря археолог в своих заметках не оставил. В 1867 году наплечник был экспонатом Всемирной выставки в Париже и в связи с этим Владимирские губернские ведомости опубликовали заметку, в которой со ссылкой на Филимонова сообщалось, что он приобрёл его в одном из Переславских монастырей. После окончания выставки наплечник поступил в собрание Румянцевского музея.

В начале ХХ века наплечник поступил в частную коллекцию профессора Академии художеств М. П. Боткина и в 1904 году экспонировался на петербургской выставке прикладного искусства. Советским правительством в 1930-е годы наплечник был продан за границу и находился в частном собрании барона фон Гирша в Базеле. В июне 1978 года наплечник был выставлен на аукционе Сотбис, и был приобретён Германским национальным музеем.

Наплечник «Воскресение Христово»

Первое упоминание о нём содержится в описи ризницы Успенского собора Владимира за 1693 год [6] :

Да церковной утвари в выносной ризнице окованной за двема замками. нарамник медной на нём писан мусиею [7] образ Спасов Воскресение от гроба с ангелы весом полфунта тридцать золотников.

Затем о нём сообщают соборные описи 1697 и 1708 годов.

В XIX веке к данному наплечнику начинают проявлять интерес исследователи. Так в 1849 году владимирский краевед В. И. Доброхотов пишет, что в соборной ризнице хранится «медный вызолоченный знак или нагрудник, с мозаичным изображением Воскресения Христова, который, как полагают, великие князи или патриархи носили на персях». Копия наплечника демонстрировалась на Всемирной выставке в Париже 1867 года, подлинник вывезти заграницу не разрешили [6] . Опись ризницы собора за 1886 год даёт следующее описание данной пластины:

медный густо позолоченный великокняжеский нарамник, с эмалевым на оном изображением Воскресения Христова и с подписью на нём в форме двух столбцов римскими литерами: «REXVREXTIO DNI». Замечателен по изяществу находящегося на нем изображения и по своему благоукрашению.
Читайте так же:  Справка егрн что это такое где получить

В 1890 году наплечник экспонировался на выставке в честь VIII археологического съезда в Москве, а в 1906 году на владимирской выставке в честь III Областного историко-археологического съезда. До 1919 году наплечник находился в ризнице Успенского собора. После революции 1917 года по описям он попал в число предметов, не используемых за богослужением, и был в августе 1919 года изъят во Владимирский музей (о его нахождении в музее сообщают три описи, а также доклад директора музея от 1926 года, где он назван экспонатом, представляющим исключительную ценность) [2] .

В 1932 году интерес к наплечнику проявила Оружейная палата, которая в целях его передачи в Москву направила во Владимир своего научного сотрудника Л. И. Денисова. Он в своей докладной записке от 15 октября 1932 года сообщил в Оружейную палату, что Владимирский музей потребовал за наплечник значительную компенсацию. Скорее всего, передача наплечника в Москву не состоялась, а уже в 1933 году он был продан за границу с целью получения валюты [2] .

В октябре 1934 года наплечник с изображением Воскресения был приобретён у парижского антиквара Н. Бримо Обществом друзей Лувра и преподнесён в дар музею. 13 ноября 1934 года художественный совет Лувра принял подарок, а его передачу ратифицировал министерский указ от 6 декабря того же года [2] .

В 2011 году в рамках выставки «Святая Русь», проводимой Государственной Третьяковской галереей, наплечник «Воскресение Христово» был временно привезён в Россию. Страховая оценка данного экспоната выставки составила 60 850 000 евро [8] . В рамках торжеств, посвящённых 900-летию со дня рождения Андрея Боголюбского, наплечник на два дня был привезён во Владимир и экспонировался в Палатах Владимиро-Суздальского музея-заповедника [9] .

Fair.ru — Ярмарка новостей

2015-5-10 22:53

В третьем томе «Истории Российской» Василий Татищев рассказывает о строительстве при Андрее Боголюбском Успенского собора во Владимире: «По снисканию бо его [Андрея Боголюбского] даде ему Бог мастеров для строения оного из умных земель, которые строили и украсили ее [соборную церковь] паче всех церквей… По оставшему во Владимире строению, а паче по вратам градским видимо, что архитект достаточный был.

Онаго древняго строения мало осталось, и починка новая весьма отменилась. Церковь же, конечно, должна бы преимуществовать. Но как оная после некаким простым каменщиком перестроивана, то ныне уже никоего знака науки архитектурной в ней не видно. Мастеры же присланы были от императора Фридерика Перваго, с которым Андрей в дружбе был, как ниже явится. . . Цесарь был Фридерик Барбаросса, по нем его сын Генрик IV. Сий же упоминает послов от цесаря и архитекты присланные, чем дружбу сию утверждает».

Успенский собор во Владимире

Увы, репутация Татищева среди историков небезупречна. Многие приводимые им данные основываются на несохранившихся летописях или на других неизвестных нам источниках и весьма ненадежны. Современные ученые справедливо относятся к таким «известиям Татищева» скептически. Поэтому и известие о работе на Руси XIII века западноевропейских зодчих, присланных императором Фридрихом Барбароссой, долго оставалась бездоказательным предположением. Да тут еще и Татищев допустил досадную ошибку: сыном Фридриха I Барбароссы был не Генрих IV, а Генрих VI.

Хорошо известны были итальянские архитекторы, работавшие на Руси в последней трети XV — начале XVI века: Аристотель Фиорованти, Алевиз Фрязин, Петрок Малый, Пьетро Антонио Солари, Марко Руффо и другие. Но здесь же речь идет о постройках, воздвигнутых тремя столетиями раньше.

Однако историки древнерусской архитектуры не могли не видеть явного влияния романского стиля в Успенском соборе Владимира, в других зданиях эпохи Андрея Боголюбского. В книге Николая Воронина «Зодчество Северо-Восточной Руси XII — XIV веков» об этом говорится: «Они [романские элементы] проявляются ли в декоративных деталях и приемах. Таковы, например, пилястры с полуколоннами, аттический профиль цоколей и баз с угловыми рогами — грифами, перспективные порталы, тройное окно боголюбовской лестничной башни, аркатурно-колончатые пояса, в которых (в Успенском соборе) применяется чисто романская Würfelkapitell. Западное происхождение этих деталей очевидно. Едва ли они могли попасть во Владимир в виде каких-либо «образцов». Гораздо естественнее предположить, что эти незнакомые русскому зодчеству детали были принесены в творчестве живых людей — нескольких пришлых мастеров».

Würfelkapitell. Штайнфельд, Бавария. Характерная черта — квадратное сечение в верхней части капитель.

Капители с квадратным сечением верхней части в колончатом поясе Успенского собора

Воронин находил сходство архитектуры резиденции князя Андрея в Боголюбове с замками средней Германии времен Барбароссы: Хагенау, Трифельзом, Вимпфеном, Гельнхаузеном, Эгером, Вартбургом. Особенно четко прослеживается параллель в планировке Боголюбова с дворцом Госларе, построенным в 1082 году и реконструированным при Барбароссе. Дворец был двухэтажным, связанным переходом с расположенной к югу дворцовой капеллой святого Ульриха, к северо-западу стояла церковь Богородицы, связанная переходом и с дворцом, и со стеной замка. Рядом с переходом к капелле у дворцового торца была построена особая лестничная башенка для непосредственного входа на второй этаж.

Современный вид императорского дворца в Госларе со стороны капеллы св. Ульриха

Другие исследователи находили явное сходство в декоре Успенского собора во Владимире с декором соборов XII века в Италии и Германии (Модена, Павия, Комо, Шпейер, Майнц, Вормс). По предположению Сергея Заграевского, присланный императором архитектор (или архитекторы) прибыл во Владимирское княжество в 1157 году, чтобы начать работу над Успенским собор, заложенным 8 апреля 1158 года. Следовательно, посольство к Фридриху Барбароссе, которое доставило архитектора, было отправлено еще Юрием Долгоруким (умершим в мае 1157 года). Закончилась его деятельность, видимо, в 1162 — 1164 годах, когда Андрей Боголюбский начал ряд войн, продлившихся десятилетие, до смерти князя.

Фасад храма Сан-Микеле-Маджоре в Павии (строительство закончено в 1155 году).

Так что, благодаря работам историков архитектуры, гипотеза об иноземных архитекторах Владимирского княжества в XII веке никогда не отбрасывалась окончательно. Находились лаконичные свидетельства в ее пользу и в письменных источниках. Известно, например, что в 1167 году Русь посетило посольство римского папы Александра III. В рассказе Лаврентьевской летописи о сооружении Успенского собора есть слова «приведе ему [Андрею] Бог из всех земель все мастеры и украси ю паче инех церквии». Когда же летописец повествует о младшем брате Андрея Боголюбского — Всеволоде Большое Гнездо — то противопоставляет его Андрею, говоря «иже не ища мастеров от немець» (при строительстве Дмитровского собора во Владимире).

Читайте так же:  Академия фсб поступление после 11 класса

Недавно новое свидетельство работы европейских архитекторов при дворе Андрея Боголюбского добыли археологи. В конце апреля Институт археологии РАН сообщил, что экспедиция под руководством Владимира Седова, работавшая в княжеской резиденции в Боголюбове, обнаружила романский портал храма XII века.

Сейчас от того Боголюбова, каким оно было при князе Андрее, сохранилась лишь Лестничная башня, в которой он был убит в 1174 . На месте резиденции находятся более поздние постройки Боголюбского монастыря

Храм Рождества Богородицы и Лестничная башня

Раскопки проводились у стен собора Рождества Богородицы, выстроенного в XVIII веке и соединенного с Лестничной башней. Прежний храм, построенный при Андрее Боголюбском, рухнул в 1722 году при неудачной попытке ремонта. Собор XVIII века был возведен прямо на фундаменте старого, поэтому раскопки позволили увидеть работу зодчих XII века. «Мы нашли северный портал храма, совершенно замечательное творение, украшенное белокаменной резьбой, романского архитектурного стиля, базы колонн рядом с ним, — рассказывает Владимир Седов. — Это романский стиль, работа мастеров из Западной Европы, вероятно, из Италии».

Портал XII века, обнаруженный археологами

Наконец, можно вспомнить еще один материальный объект, который предположительно был свидетелем взаимоотношений Андрея Боголюбского и Фридриха Барбароссы. В 1930-е годы советское правительство, чтобы раздобыть валюту, продало за границу немало древних ценностей. Среди них были два позолоченных медных наплечника, украшенных эмалевыми миниатюрами. На одном из них изображена сцена распятия Христа, на втором — воскресения. Сейчас первый из них хранится в Германском национальном музее в Нюрнберге, а второй — в Лувре.

Наплечник «Распятие Христово»

Видео (кликните для воспроизведения).

Исследователи полагают, что наплечники были изготовлены мастерами из Лотарингии приблизительно в 1070 году. Один из них хранился в ризнице Успенского собора во Владимире как минимум с XVII веке, второй был обнаружен в одном из монастырей Владимирской губернии в XIX веке. Традиция связывает эти наплечники с именем Андрея Боголюбского и не так уж невероятно предположение, что попали они к князю в качестве подарка от Фридриха.

Андрей Боголюбский и Фридрих Барбаросса

В третьем томе «Истории Российской» Василий Татищев рассказывает о строительстве при Андрее Боголюбском Успенского собора во Владимире: «По снисканию бо его [Андрея Боголюбского] даде ему Бог мастеров для строения оного из умных земель, которые строили и украсили ее [соборную церковь] паче всех церквей… По оставшему во Владимире строению, а паче по вратам градским видимо, что архитект достаточный был. Онаго древняго строения мало осталось, и починка новая весьма отменилась. Церковь же, конечно, должна бы преимуществовать. Но как оная после некаким простым каменщиком перестроивана, то ныне уже никоего знака науки архитектурной в ней не видно. Мастеры же присланы были от императора Фридерика Перваго, с которым Андрей в дружбе был, как ниже явится. Цесарь был Фридерик Барбаросса, по нем его сын Генрик IV. Сий же упоминает послов от цесаря и архитекты присланные, чем дружбу сию утверждает».

Успенский собор во Владимире

Увы, репутация Татищева среди историков небезупречна. Многие приводимые им данные основываются на несохранившихся летописях или на других неизвестных нам источниках и весьма ненадежны. Современные ученые справедливо относятся к таким «известиям Татищева» скептически. Поэтому и известие о работе на Руси XIII века западноевропейских зодчих, присланных императором Фридрихом Барбароссой, долго оставалась бездоказательным предположением. Да тут еще и Татищев допустил досадную ошибку: сыном Фридриха I Барбароссы был не Генрих IV, а Генрих VI.

Хорошо известны были итальянские архитекторы, работавшие на Руси в последней трети XV – начале XVI века: Аристотель Фиорованти, Алевиз Фрязин, Петрок Малый, Пьетро Антонио Солари, Марко Руффо и другие. Но здесь же речь идет о постройках, воздвигнутых тремя столетиями раньше.

Однако историки древнерусской архитектуры не могли не видеть явного влияния романского стиля в Успенском соборе Владимира, в других зданиях эпохи Андрея Боголюбского. В книге Николая Воронина «Зодчество Северо-Восточной Руси XII – XIV веков» об этом говорится: «Они [романские элементы] проявляются ли в декоративных деталях и приемах. Таковы, например, пилястры с полуколоннами, аттический профиль цоколей и баз с угловыми рогами – грифами, перспективные порталы, тройное окно боголюбовской лестничной башни, аркатурно-колончатые пояса, в которых (в Успенском соборе) применяется чисто романская Würfelkapitell. Западное происхождение этих деталей очевидно. Едва ли они могли попасть во Владимир в виде каких-либо «образцов». Гораздо естественнее предположить, что эти незнакомые русскому зодчеству детали были принесены в творчестве живых людей – нескольких пришлых мастеров».

Würfelkapitell. Штайнфельд, Бавария. Характерная черта — квадратное сечение в верхней части капитель.

Капители с квадратным сечением верхней части в колончатом поясе Успенского собора

Воронин находил сходство архитектуры резиденции князя Андрея в Боголюбове с замками средней Германии времен Барбароссы: Хагенау, Трифельзом, Вимпфеном, Гельнхаузеном, Эгером, Вартбургом. Особенно четко прослеживается параллель в планировке Боголюбова с дворцом Госларе, построенным в 1082 году и реконструированным при Барбароссе. Дворец был двухэтажным, связанным переходом с расположенной к югу дворцовой капеллой святого Ульриха, к северо-западу стояла церковь Богородицы, связанная переходом и с дворцом, и со стеной замка. Рядом с переходом к капелле у дворцового торца была построена особая лестничная башенка для непосредственного входа на второй этаж.

Современный вид императорского дворца в Госларе со стороны капеллы св. Ульриха

Другие исследователи находили явное сходство в декоре Успенского собора во Владимире с декором соборов XII века в Италии и Германии (Модена, Павия, Комо, Шпейер, Майнц, Вормс). По предположению Сергея Заграевского, присланный императором архитектор (или архитекторы) прибыл во Владимирское княжество в 1157 году, чтобы начать работу над Успенским собор, заложенным 8 апреля 1158 года. Следовательно, посольство к Фридриху Барбароссе, которое доставило архитектора, было отправлено еще Юрием Долгоруким (умершим в мае 1157 года). Закончилась его деятельность, видимо, в 1162 – 1164 годах, когда Андрей Боголюбский начал ряд войн, продлившихся десятилетие, до смерти князя.

Фасад храма Сан-Микеле-Маджоре в Павии (строительство закончено в 1155 году).

Так что, благодаря работам историков архитектуры, гипотеза об иноземных архитекторах Владимирского княжества в XII веке никогда не отбрасывалась окончательно. Находились лаконичные свидетельства в ее пользу и в письменных источниках. Известно, например, что в 1167 году Русь посетило посольство римского папы Александра III. В рассказе Лаврентьевской летописи о сооружении Успенского собора есть слова «приведе ему [Андрею] Бог из всех земель все мастеры и украси ю паче инех церквии». Когда же летописец повествует о младшем брате Андрея Боголюбского – Всеволоде Большое Гнездо – то противопоставляет его Андрею, говоря «иже не ища мастеров от немець» (при строительстве Дмитровского собора во Владимире).

Читайте так же:  Открыть школу парикмахерского искусства

Недавно новое свидетельство работы европейских архитекторов при дворе Андрея Боголюбского добыли археологи. В конце апреля Институт археологии РАН сообщил, что экспедиция под руководством Владимира Седова, работавшая в княжеской резиденции в Боголюбове, обнаружила романский портал храма XII века.

Сейчас от того Боголюбова, каким оно было при князе Андрее, сохранилась лишь Лестничная башня, в которой он был убит в 1174 . На месте резиденции находятся более поздние постройки Боголюбского монастыря

Храм Рождества Богородицы и Лестничная башня

Раскопки проводились у стен собора Рождества Богородицы, выстроенного в XVIII веке и соединенного с Лестничной башней. Прежний храм, построенный при Андрее Боголюбском, рухнул в 1722 году при неудачной попытке ремонта. Собор XVIII века был возведен прямо на фундаменте старого, поэтому раскопки позволили увидеть работу зодчих XII века. «Мы нашли северный портал храма, совершенно замечательное творение, украшенное белокаменной резьбой, романского архитектурного стиля, базы колонн рядом с ним, — рассказывает Владимир Седов. — Это романский стиль, работа мастеров из Западной Европы, вероятно, из Италии».

Портал XII века, обнаруженный археологами

Наконец, можно вспомнить еще один материальный объект, который предположительно был свидетелем взаимоотношений Андрея Боголюбского и Фридриха Барбароссы. В 1930-е годы советское правительство, чтобы раздобыть валюту, продало за границу немало древних ценностей. Среди них были два позолоченных медных наплечника, украшенных эмалевыми миниатюрами. На одном из них изображена сцена распятия Христа, на втором – воскресения. Сейчас первый из них хранится в Германском национальном музее в Нюрнберге, а второй – в Лувре.

Наплечник «Распятие Христово»

Исследователи полагают, что наплечники были изготовлены мастерами из Лотарингии приблизительно в 1070 году. Один из них хранился в ризнице Успенского собора во Владимире как минимум с XVII веке, второй был обнаружен в одном из монастырей Владимирской губернии в XIX веке. Традиция связывает эти наплечники с именем Андрея Боголюбского и не так уж невероятно предположение, что попали они к князю в качестве подарка от Фридриха.

Как Андрей Боголюбский подружился с Фридрихом Барбароссой

Российский историк Василий Татищев уверял, что на строительство Успенского собора во Владимире император Священной Римской империи Фридрих Барбаросса прислал мастеров. В знак особого расположения к правившему тогда во Владимиро-Суздальском княжестве Андрею Боголюбскому.

Как следует из рассказа Татищева, князь и император были расположены друг к другу весьма дружески. Помимо мастеров, есть предположение, что Барбаросса прислал русском князю в подарок наплечники, настоящее произведение искусства.

В первые годы существования советской власти они были проданы на Запад, поскольку государству требовалась валюта. Один наплечник сейчас хранится в Германском национальном музее в Нюрнберге, а второй — в Лувре.

К сожалению, подтвердить утверждения Татищева о дружбе русского и германского монархов довольно проблематично. А учитывая, что есть большие основания сомневаться в достоверности рассказов историка, жившего в XVIII веке, просто принимать на веру это сообщение нельзя.

Но зато есть косвенные подтверждения того, что между Владимиро-Суздальским княжеством и империей Барбароссы в 50-х годах XII века были довольно оживленные связи. Дело в том, что многие историки архитектуры усматривают похожие черты в зданиях, построенных на Руси, в Германии и в Италии в то время.

Они, конечно же, отличаются друг от друга. Но некоторые решения указывают на то, что мастера, строившие здания в резиденции Андрея в Боголюбово и Успенский собор во Владимире, были знакомы техникой строительства, которая практиковалась в Центральной Европе и Италии того времени.

К слову, даже русские летописцы противопоставляли Андрея Боголюбского и его преемника Всеволода Большое Гнездо. Дескать, первый приглашал мастеров отовсюду, а второй обходился только силами своих.

Так что сообщение о хороших отношениях между двумя правителями могут быть не так уж далеки от истины. По крайней мере, есть свидетельства довольно оживленных связей между государствами.

Смерть Андрея Боголюбского

Благодаря находке, сделанной при реставрации Спасо-Преображенского собора в Переславле-Залесском, в руки ученых попал список убийц князя Андрея Боголюбского. Многие из них уже были известны по описаниям этого события в летописях, но несколько имен историки узнали только сейчас, спустя восемь с половиной веков после убийства. Об этом открытии сообщается в пресс-релизе Института археологии РАН.

В ходе реставрационных работ в Переславле-Залесском в 2014 и 2015 годах было сделано уже немало интересных находок. Мы ранее рассказывали о найденной там печати константинопольского патриарха Афанасия I (1230—1310). Нынешняя находка представляет собой граффити – надпись на стене собора.

Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском

Для расчистки стен здания планировалось применить абразив, но научные сотрудники Переславль-Залесского музея-заповедника Александра Андреева и Елена Шадунц и их коллега Иван Селезнев из Владимира настояли, чтобы расчистка стен проводилась при помощи воды под давлением, так как обработка абразивом погубила бы древние надписи. Благодаря этому ученые смогли обнаружить на расчищенных стенах несколько древнерусских граффити, в том числе и ту, что повествовала об убийстве Андрея Боголюбского. Надпись исследовали член-корреспондент РАН Алексей Гиппиус и научный сотрудник Института славяноведения РАН Савва Михеев. «Надпись по своей ценности войдет в десятку самых важных древнерусских надписей. Это уникальный памятник официальной эпиграфики Владимиро-Суздальского княжества, фиксирующий акт церковного проклятия убийцам владимирского князя», — говорит Алексей Гиппиус.

Князь владимирский Андрей Боголюбский был убит заговорщиками в ночь с 28 на 29 июня 1174 года в своей резиденции Боголюбово, находящейся в паре километров к северо-востоку от Владимира. О его смерти деталь рассказывает произведение древнерусской литературы известное под названием «Повесть об убиении Андрея Боголюбского». Повесть содержит много подробностей, подтвержденных потом в ходе исследования погребения князя в Успенском соборе Владимира, так что ученые предполагают, что автор повести был очевидцем событий или описывал их по горячим следам. Предлагают даже имена известных по летописным источникам кандидатов на роль автора, выбирая их среди сторонников князя. Среди них игумен Феодул, один из слуг Андрея киевлянин Кузьма, глава капитула Успенского собора во Владимире Микула. Повесть известна в двух вариантах в составе Лаврентьевской и Ипатьевской летописей.

Читайте так же:  Уход в декрет с декретного места работы

Заговор против князя складывался вокруг бояр Кучковичей – потомков Степана Кучки, которому в XII веке принадлежали многие села у реки Москва: Воробьево, Симоново, Высоцкое, Кулишки, Кудрино, Сущево. Согласно поздним источникам ненависть Кучковичей к князю была вызвана тем, что его отец Юрий Долгорукий из-за какой-то провинности казнил Степана Кучку, а его вотчины отобрал, основав там нынешнюю Москву. Причина казни Кучки неясна, Татищев писал, что Кучка хотел бежать в Киев, но свидетельство Татищева об этом основано на недошедшей до нас летописи, и историки не считают его достоверным.

Дочь Кучки Улита стала женой Андрея Боголюбского, а ее братья были в числе бояр Владимирского княжества. Скорее, причиной ненависти Кучковичей и их сторонник к Андрею были не деяния его отца, а соперничество бояр с властным князем. К тому же в летописи есть упоминание, что Андрей приказал казнить за какую-то провинность одного из братьев Кучковичей. Другой брат Аким (Яким) обратился к своим сторонникам со словами: «Сегодня его казнил, а завтра — нас, так промыслим о князе этом!». Так возник заговор, участников которого было двадцать человек.

Заговорщики отправились в Боголюбово, «яко звери свирепые», но, когда они приблизились к княжеской спальне, их объял страх. Тогда они спустились в погреб и напились там вина, после чего им хватило храбрости вернуться к исполнению своего замысла.

Храм Рождества Богородицы и Лестничная башня — единственные постройки в Боголюбове, сохранившиеся со времени Андрея Боголюбского.

Среди заговорщиков был ключник князя Андрея по имени Амбал (Анбал), происхождением из ясов, одного из аланских народов. Он заранее вынес из княжеского покоя меч, оставив Андрея Боголюбского без оружия. Убийцы подошли к двери, постучали и на вопрос князя ответили, что пришел один из его слуг по имени Прокопий. Но Андрей по голосу понял, что за дверью вовсе не Прокопий. Тогда заговорщики выломали дверь и ворвались внутрь. Князь, отбиваясь, свалил с ног одного из нападавших, и остальные подумали, что упал сам князь, поранили своего же сторонника, но потом им удалось одолеть князя, и они нанесли ему раны мечами, саблями и копьями. Решив, что Андрей уже убит, они взяли своего раненного и покинули спальню.

Но через некоторое время Андрей пришел в сознание и стал спускаться вниз. Князь успел спуститься с крыльца, однако его выдал вырвавшийся стон. Заговорщики зажгли свечи, бросились в погоню и нашли князя по кровавому следу. Они накинулись на свою жертву снова, Петр Кучкович отрубил ему правую руку, и Андрей Боголюбский погиб.

Затем заговорщики вернулись в дом, убили Прокопия – любимого слугу Андрея Боголюбского, и разграбили княжеские палаты. Они нагрузили сокровищами лошадей из княжеской конюшни и еще до рассвета вернулись по домам.

Тело князя его слуга Кузьма-киевлянин отнес в церковный предел. Резиденция в Боголюбове была разграблена местными жителями. Лишь на шестой день после убийства игумен Федул с процессией владимирцев забрал тело Андрея Боголюбского и торжественно доставил его во Владимир.

После гибели князя началась продлившаяся более двух лет война между его младшими браться Михаилом и Всеволодом с одной стороны и его племянниками Ярополком и Мстиславом Ростиславичами – с другой. Сначала удача была на стороне Ростиславичей. Они осадой вынудили Михаила покинуть Владимир, после чего Ярополк стал князем владимирским, а Мстислав – ростовским и суздальским. Но они быстро вызвали всеобщее недовольство, так как раздавали должности посадников своим дружинникам и смотрели сквозь пальцы на то, как они притесняют народ «взысками» и вымогают взятки.

Владимирцы вновь призвали Михаила и Всеволода, те вернулись с войском и разбили Ярополка и Мстислава. Ставший владимирским князем Михаил скоро умер, а наследовавший ему Всеволод сумел вновь разбить подступившую к княжеству дружину Мстислава. Ростиславичи совершили еще одну попытку овладеть Владимирским княжеством. Объединившись с Мстиславом Смоленским и Глебом Рязанским, они выступили в поход, сожгли Москву, но были разбиты в феврале 1177 года Всеволодом в битве при реке Колокше. Мстислав и Ярополк попали в плен к Всеволоду, где были ослеплены, а потом отпущены. Согласно Новгородской летописи, убийц Андрей Боголюбского казнил Всеволод, который «Кучковичи поймал, и в коробы саждая в озере истопил».

Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском был построен при жизни Андрея Боголюбского, в 1157 году. Надпись, сообщающая о смерти Андрея, была обнаружена на южной абсиде храма. В течение десяти дней новгородский реставратор Татьяна Федоренко расчищала ее от наслоений грязи и краски. В результате исследователи смогли прочитать текст.

Надпись сделана в два столбца, обведенных в общую рамку с крестом сверху. В правом столбце говорится: «Месяца июня 29 убиен бысть князь Андрей своими паробкы (слугами), овому вечная память, а сим – вечная мука». Дальше текст не читается. По словам Алексея Гиппиуса, фраза «овому (то есть князю) вѣчная память, а симъ (заговорщикам) вѣчнаѧ мука» говорит, что надпись была сделана уже после казни заговорщиков.

Прорись правого столбца

В левом столбце перечислены примерно двадцать имен убийц. Среди них есть известные по летописям Петр Кучков зять, Амбал и Яким (Кучкович). Затем значительная часть текста утрачена, а в конце есть три имени, которые известны не были: Ивка, Петрко и Стырята. Последнее имя может быть прозвищем, образованным от слова «стырь», означавшего рулевое весло. Завершается список словами: «Си суть убийцы великого князя Андрея, да будут прокляты».

Прорись левого столбца

Надпись из Переславля оказывается древнейшим относительно точно датируемым памятником письменности Северо-Восточной Руси. До сих пор таковым считалась рукопись Жития святого Нифонта, написанная в Ростове в 1219 году.

Видео (кликните для воспроизведения).

Как полагает Алексей Гиппиус, текст церковного проклятия был разослан по всем городам владимирской епархии, чтобы в назидание потомкам его написали на стенах главных храмов. «Неслучайно расположение его на таком стратегически важном месте, как алтарная абсида. Теоретически, можно было бы поискать такие надписи на других храмах княжества», – говорит Алексей Гиппиус.

Фридрих барбаросса и андрей боголюбский
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here